Татарская трибуна » Архив » Хватит кормить Москву!

Татарская трибуна

Обзор татарских и на татарские темы ресурсов интернета и ваши комментарии на эту тему

Хватит кормить Москву!

Москва — далеко! Возможен ли распад России в ближайшие годы?

Тревожная тенденция последнего времени: движение за большую автономию проявляется не только в регионах, где компактно проживают национальные меньшинства, но и в русских районах — например, в Сибири. Не так давно в Новосибирске прошел митинг под лозунгом "Хватит кормить Москву!".

КАЗАНЦЫ И ХАНСТВО

Со времен распада СССР национальные республики в составе РФ были источником беспокойства для центральных властей. В начале 90-х Татарстан был очень близок к формальному объявлению независимости: уже существовали Конституция, закон о языке, дипломатические представительства Татарстана в других странах и, конечно, силовой ресурс в виде толп националистически настроенной молодежи с зелеными повязками на голове — в общем, все атрибуты независимого государства. Довести дело до конца помешала лишь малость — более 40% населения республики составляли русские, которые были широко представлены в органах власти и СМИ. Пассивное сопротивление части региональной элиты, лояльной центру, в итоге привело к снятию требования полной независимости с повестки дня и выработке компромисса с Москвой. Тем не менее Татарстан остался в значительной мере флагманом движения за самоопределение среди национальных субъектов Федерации и лакмусовой бумажкой центробежных тенденций в регионах России. Не случайно именно здесь, на передовой линии борьбы за сохранение вертикали, возникло Общество русской культуры. Мы беседуем с одним из его основателей Михаилом Щегловым.
   "За годы вертикализации в высших органах власти Татарстана не осталось ни одного русского. Русские выдавливаются и из органов местного самоуправления, и из любых других властных структур. Более того, русские не представлены и на культурном поле. Практически вся русская культурная элита, напуганная событиями начала 90-х годов, покинула республику. Их место заняли татарские писатели, журналисты, музыканты и другие выразители общественного контекста. В итоге получается, что интересы почти половины населения республики — русских по национальности — не представлены ни во власти, ни в СМИ", — сокрушается Щеглов. Так, по его словам, в Союзе писателей Татарстана секция русской литературы состоит из двадцати человек, в то время как секция татарской — из трехсот. Аналогичная ситуация сложилась и в журналистской среде: через Республиканское агентство по печати и массовым коммуникациям, которое распределяет заказы на информационное обслуживание органов власти (один из основных источников дохода журналистов в регионах), правительство Татарстана имеет полный контроль над журналистской средой. Информацион-ная политика вполне адекватна текущему моменту — создавать впечатление образцового межнационального мира и нерушимой дружбы народов. Однако иногда эмоции вырываются на поверхность, Так, 9 июня 2011 года при освещении пикета за сохранение русского языка в школах республики журналистка государственного телевидения Татарстана Эльмира Исрафилова сорвалась и прокричала пикетирующим: "Вам, оккупантам, не место на земле Татарстана! Я перегрызу горло любому за мой татарский язык!" Скандал быстро замяли, журналистку уволили, но призыв перегрызть горло разошелся по десяткам татарских сайтов, а саму Исрафилову националисты объявили новой Сююмби-ке (легендарная правительница Казанского ханства в XVI веке).
   Татарские националисты представлены добрым десятком организаций, наиболее влиятельными из которых являются Татарский общественный центр и молодежное движение "Азатлык" ("Свобода"), основанные еще в начале 90-х. Именно они организуют 15 октября ежегодный День памяти — шествие в память о татарах, погибших при взятии Казани Иваном Грозным в 1552 году. Шествие проводится уже двадцать лет и в прошлом году собрало около 500 человек. Основной лозунг шествия: "Наша цель — независимость!" — разумеется, на татарском. Впрочем, ошибкой было бы полагать, что сепаратистские настроения поддерживаются только группой экстремистов и политических фриков.
   Как признает Михаил Щеглов, со сто-роны татарской части населения существует серьезный запрос на большую ав-тономию, независимость и даже на собственную государственность. Иногда линии напряжения пролегают даже внутри семей, когда один из супругов является русским, а второй имеет татарское происхождение. Часто смешанные браки распадаются, увеличивая взаимное непонимание и неприязнь между русскими и татарами. Как замечают коренные жители Казани, за последние годы национальная сегрегация только увеличивается — вплоть до того, что 15-20-летняя молодежь предпочитает проводить время в этнически однородных компаниях. Всего лишь 6-7 лет назад такие компании — чисто русские или чисто татарские — были редкостью.
   Обе этнические группы имеют специальные сленговые прозвища друг для друга: русские зовут татар "чаплашка" (отсыл к тюбетейке, которую носят мусульмане), а татары в ответ называют русских женщин "маржа", что означает "дурочка", "простушка". Молодежь все хуже говорит по-русски, а во многих татарских деревнях вообще нет русско-язычных. Именно там наиболее сильны националистические настроения — то, что растворяется в космополитизме городов, остается в неприкосновенности на селе. Михаил Щеглов утверждает, что за последние годы во многих когда-то чисто русских деревнях появились татарские кварталы, при этом ни одного примера обратного развития ему неизвестно.
   "А как реагирует на все это Москва?" — спрашиваю я Михаила. "Москва — далеко..." — вздыхает он. Эту фразу в различных вариациях мы слышали много раз в разных регионах. При движении на восток ощущение, что "Москва — далеко", начинается именно с Казани. Здесь не ходит "Сапсан", а от Москвы республику отделяет полтора дня плохой разбитой дороги. Москва действительно далеко, здесь — другая Россия.
   Мы едем в Набережные Челны, чтобы встретиться с одной из наиболее одиозных фигур татарского сепаратизма — Рафисом Кашаповым. Набережные Челны — город одного завода (КАМАЗ) — строил весь Союз. Парадоксально, но именно в этом плавильном котле народов выросли наиболее мотивированные борцы за татарскую независимость. Рафис Кашапов стоял еще у истоков Татарского общественного центра — знаменитого ТОЦ, гремевшего в начале 90-х. Сейчас он живет в небольшой квартире в типовой многоэтажке на окраине города. Офис ТОЦ разгромлен полицией во время последнего обыска. Проводился обыск в рамках одного из уголовных дел, возбужденных по фактам пикетов под националистическими лозунгами, в частности — за плакат "Татарстан — не Россия". Поэтому мы встречаемся с Кашаповым в его квартире. Для "со-здания настроения" он достает флаг ТОЦ — стоящий белый волк на зеленом фоне. "Вот, это наш флаг, — говорит он с гордостью. — У чеченцев на флаге волк лежит, а у нас — стоит".
   С трудом подбирая русские слова, Кашапов рассказывает об истории центра. Когда-то республиканские и городские власти принимали решения под диктовку ТОЦ, а его офис был альтернативным центром власти. "В начале 90-х татары были близки к объявлению независимости", — с сожалением вспоминает Кашапов. Времена изменились, но он и сейчас полон оптимизма.
   "Независимость Татарстана не случится завтра, — считает он, — но к этому моменту необходимо быть готовыми". В последние годы на собрания ТОЦ приходит все больше молодежи, да и в целом тематика самоопределения татар становится все актуальнее для широких слоев населения. По мнению Кашапова, игнорирование интересов национальных республик и имперская риторика Москвы рано или поздно сыграют с федеральным центром злую шутку. "Татарстан экономически самостоятелен и может прожить без России", — считает он. Пока же ТОЦ налаживает связи с представителями национальных движений из других республик: вместе легче бороть-ся за общее дело. Наиболее влиятельны националисты в Башкирии, но есть такие организации и в Удмуртии, и в Чу-вашии, и в Марий Эл.
   Ситуация в Татарстане сегодня принципиально отличается от ситуации начала 90-х годов. Полностью татарская политическая и культурная элита и доминирование татар в информационном поле пока компенсируется неослабевающим давлением федерального центра. Пока татары не могут зарегистрировать свою национальную партию или открыто взять курс на выход из состава Федерации. Однако дальнейший неучет интересов региона и его политических сил со стороны Кремля неизбежно приведет к усилению сепаратистских настроений. Рано или поздно хватка Москвы ослабнет — именно к этому моменту и готовится Рафис Кашапов и его единомышленники.
   Мы покидали Татарстан со смешанными чувствами. Выстроенные Шаймиевым безупречные автотрассы выгодно отличают республику от соседей. Посты полиции на въездах в Татарстан построены в форме пограничных КПП. К объявлению независимости все готово.

СИБИРСКАЯ КОРОНА

   На другом конце России, в Новосибирске, лучшие люди региона озабочены похожими проблемами. Сибирские дивизии, спасшие когда-то столицу, остались в славном прошлом. Лозунг "Хватит кормить Москву!" становится все более популярным для нового времени. Это уже не Россия, это Сибирь. По крайней мере, так считают авторы нашумевшего документального фильма "Нефть в обмен на ничего". Известный художник, организатор акции "Монстрация" Артем Лоскутов и трое его сподвижников, занимавшихся в Новосибирске различными проектами в сфере гражданского общества, пришли к выводу, что во всех проблемах региона виновата Москва.
   На территории Сибирского федерального округа добывается 70% российской нефти и 90% газа. Назад возвращается лишь небольшая часть вырученных денег — бюджет Новосибирска меньше бюджета Москвы в 40 раз, хотя население меньше лишь в 8 раз. Дмитрий Марголин, один из авторов фильма, говорит: "Россия — это страна одного города (Москвы. — "Профиль"), это форма оккупации. Развитие Сибири идет по колониальному принципу: вывоз сырья и ресурсов в обмен на... ничего".
   Именно поэтому темой фильма стала одна из классических проблем — дороги, которых, по мнению авторов, в Сибири просто нет. Наличие развитой дорожной сети, связывающей сибирские мегаполисы друг с другом, критически важно для развития региона. Сейчас же дороги скорее разделяют, чем связывают. Впрочем, финансирование инфраструктуры — это не единственная претензия новосибирцев к федеральной власти. "Необходимо перераспределение властных полномочий из центра в регионы, иначе Россию ждет распад", — считает Марголин.
   "Сибирь может прожить без России", — уверен завкафедрой экономики уп-равления Новосибирского госуниверситета, доктор экономических наук Вла-димир Малов.
   Движение за самоопределение Сибири, получившее название "областничество", имеет исторические корни. Оно возникло еще в середине XIX века в среде сибирской интеллигенции и студентов. В постреволюционном хаосе 1917 года специально собранная конференция в Томске приняла постановление "Об автономном устройстве Сибири". В дальнейшем предполагалось постро-ить сибирское государство на федеративной основе, но поражение армии Колчака помешало этим планам. Теперь история повторяется на новом витке. В мае 2011-го в том же Томске прошла новая конференция областников, целью которой пока было не провозглашение независимости, а координация совместной деятельности и налаживание связей.
   Дмитрий Марголин — типичный представитель движения областников: интеллигент, живущий в центре города, со свободной занятостью — программист-фрилансер, он имеет очень мало точек соприкосновения с властью. Его карьера общественника началась, когда полиция отказалась приехать и утихомирить соседей, которым нравилось бить в барабан глубокой ночью. После полутора лет его переписки с властями и хождения по инстанциям полиция наконец приехала, но этого уже оказалось недостаточно для Дмитрия. Сейчас он стал профессиональным активистом, полностью независимым от властей, — именно с такими людьми в регионах придется договариваться Москве.
   Соавтор фильма художник Артем Лоскутов разделяет взгляды коллеги на отношения с федеральным центром. За его плечами солидный диссидентский опыт: два уголовных дела с политическим подтекстом и 20 дней в СИЗО. Артем считает, что вопрос отношений внутри Федерации необходимо ставить и решать сейчас, иначе будет слишком поздно, и развитие событий пойдет само собой по неуправляемому сценарию. Большие различия в уровне и стиле жизни между регионами России, а самое главное — между Москвой и провинцией, транспортная несвязанность огромной страны, неравная доля валового продукта, достающаяся разным частям России, — все это приведет в конечном итоге к обособлению и выходу регионов (особенно тех, которые считают себя донорами) из состава Федерации. И начать необходимо с налоговой системы — именно она является главным источником диспропорций, считает депутат Госдумы от Новосибирска Евгений Локоть. Сейчас, по его подсчетам, 70% местных доходов уходит в качестве налогов в федеральный центр. Назад возвращается лишь небольшая часть, размер которой зависит от лоббистских способностей губернатора и лояльности региона в целом.
   Дмитрий Марголин говорит: "Национальная идея России сейчас — это эвакуация населения в Москву. Остальная территория страны становится пустошью, хинтерландом, лишенным инфраструктуры и возможностей для развития. Но мы хотим жить здесь, мы — сибиряки!"
   Регионализм проявляется и в том, что сибирские компании, экспортирующие что-то за рубеж, предпочитают основывать свой бренд на сибирском, но не российском происхождении. Например, знаменитая пивная марка "Сибирская корона" была основана в Омске в 1996 году. То же самое касается и сибирских туристов за рубежом — на стандартный вопрос, откуда приехали, они отвечают: "Из Сибири".
   "А как реагирует федеральная власть на акции вроде митинга "Хватит кормить Москву!", на фильм?" — опять спрашиваю я. И слышу в очередной раз: "Москва — далеко..."
   Сепаратистами Татарстана и Сибири двигают совершенно разные мотивы, но одно их объединяет: оба региона являются сырьевыми, экономически успешны и имеют прослойку городского среднего класса, не связанную клиентскими отношениями или обязательствами со старыми элитами. В обоих регионах эти классы начинают осознавать свои интересы, связанные, в первую очередь, с уменьшением или прекращением отправки сырьевой ренты в Москву. От того, насколько хорошо федеральная власть сможет найти компромисс с этими группами и учесть их интересы, зависит существование Федерации в нынешнем виде. Пока Кремль пытается действовать исключительно через силовые структуры, в точности повторяя ошибки позднего СССР.
   Уже прощаясь с группой сибирских активистов, я задаю, пожалуй, главный вопрос продюсеру фильма Александру Бакаеву: возможен ли, по его мнению, распад России в ближайшие годы? "Ты знаешь, за три года до распада СССР никто и предположить не мог, что это произойдет", — отвечает он.

Статья |

 

| Автор: Егор Путилов

Источник: http://www.profile.ru/node/68898

И еще на эту тему

Комментарии

  1. #1 Кадерле марта 14 12:20:

    Да, действительно, с Россией может произойти всё, что угодно.

    Но каковы мы сами?! Если в Уфе, глядя на Москву, чуть-чуть что-то и тлеет, то в регионах РБ нетронутые промёрзшие политические болота. Эта вертикаль позволил (или, скорее, способствовал) полной деградации нашей деревни. Тамошние люди, это готовые выполнять любые укзания-приказания местных чиновников... Естественно, там и «суд и правда — всё молчи» без никаких перерывов. Это стараниями вначале кпссовских чиновников, далее рахимовских и сейчас, получается, и по энерции, и по передаче власти — хамитовских... Это готовая Северная Корея в варианте РБ.

    Цитировать этот комментарий

Добавить комментарий


Цитировать выделенный текст

Designed by Azat Galiev aka AzatXaker 2017.