Татарская трибуна » Архив » Самое страшное

Татарская трибуна

Обзор татарских и на татарские темы ресурсов интернета и ваши комментарии на эту тему

Самое страшное

У фанатика есть перспектива, шанс одуматься, надежда раскаяться, а у фантика нет ничего, кроме внутренней пустоты.

Дмитрий Быков Писатель, публицист

После "путинга" в "Лужниках" многие испугались, но, как водится, совершенно не того. Самое страшное не то, что "они так думают". Самое страшное, что они так не думают. 

К счастью, у нас была возможность увидеть крупные планы Владимира Путина. Мы видели, какое облегчение читалось на его лице, когда можно было расслабиться и не выкрикивать лозунги. Мы видели, как трудно дается ему судорога трибуна, насколько естественней для него снисходительная и даже несколько утомленная усмешка.

Мы легко могли различить миг перехода от нормального (насколько оно может быть нормальным) человеческого лица к модусу уличного оратора, которым Путин никогда не был. Он сроду не боролся за власть, получил ее автоматически, так же автоматически продлевал и на митингах чувствует себя еще глупей, чем аппаратчик Зюганов. Путин не Навальный, уличная борьба не его стихия, он более-менее знает цену своему окружению и понимает многое про свой электорат. Для него мучительно играть роль победоносного кумира, ведущего народ в атаку на внутреннего врага. Он отлично понимает, что внутренний враг сидит перед ним: это ни во что не верящие люди, спустя рукава изображающие лояльность. Какой вожак — такая и толпа.

Меня спросят: ну хорошо, а если бы он был искренним ксенофобом, если бы верил в собственные слова про Москву за нами, если бы всерьез призывал умереть? Если бы перед нами был воспаленный фанатик, уличный герой, истинный борец — это лучше было бы? А если бы на стадионах сидели 82 тыс. (такова вместительность "Лужников", уж простите) его самозабвенных сторонников, в самом деле готовых порвать за него хоть футболку, — разве это не было бы стократ ужасней? Отвечаю: нет, не было бы. Так — хуже. И в этом точка моего расхождения с либеральной общественностью, тщетно убеждающей себя, что перед нами тиран-гедонист, а значит, ничего страшного.
   В истории — сколько можно повторять — важны не столько идеи, векторы, декларации, сколько их оплаченность внутренней честностью; не столько либерализм или консерватизм, сколько второсортность или первосортность. Внутренняя подлинность, эстетическая и смысловая цельность — вот сырье истории, единственное ее топливо, пища для новых поколений. Самое отвратительное советское поколение, которое, собственно, и профукало все шансы 1990-х, росло в условиях брежневской двойной морали, и именно поэтому даже лучшие представители этого поколения не верили в либеральные ценности и на каждом шагу компрометировали их. Можно было вырасти нормальным человеком даже при Сталине, потому что одна из серьезнейших добродетелей — честность. Человек, который верит глубоко и искренне, сознательно, а не слепо, пусть даже в ложную идею, лучше безвредного, казалось бы, скептика, который не верит ни во что. Потому что скептик дорожит только своей шкурой или репутацией (репутация есть, в конце концов, лишь утонченная разновидность шкуры). Все-таки у фанатика более высокая мотивация. Я говорю сейчас не о том, кто объективно полезней или вредней, а только о качестве пресловутого человеческого материала: в конце концов всякий режим производит, прежде всего, граждан.
   В конце концов идейного человека всегда можно переубедить, но невозможно перевербовать того, кто выше всего ценит стабильность, то есть отсутствие мыслей и перемен. Можно спорить с врагом, но нельзя вступать в диалог с существами, понимающими только язык страха и торга. Страшен вождь перед толпой фанатиков, кто бы спорил, но куда ужасней имитатор перед толпой таких же имитаторов: он делает вид, что куда-то ведет и от чего-то спасает, они — что поддерживают, верят и сходятся к нему добровольно. Грубо говоря, фантик страшней фанатика. Потому что у фанатика есть перспектива, шанс одуматься, надежда раскаяться, а у фантика нет ничего, кроме внутренней пустоты.
И настоящий-то ужас положения заключается в том, что когда-нибудь, в довольно скором времени, после Путина (а недиктатор разделяет судьбу диктатора, вне зависимости от того, насколько он соответствовал роли) нам придется поднимать страну вот с этими людьми. С теми, кто на трибунах "Лужников". С теми, кто сегодня за Путина, а завтра будет против, а в душе не изменится ни на йоту и продолжит врать, жрать, воровать, предавать, ни во что не веря, ничего не желая и все вокруг втайне презирая.
   Горбачеву было легче. В начале его правления эти люди все-таки не составляли абсолютного большинства.

Источник: http://www.profile.ru/node/69226

И еще на эту тему

Комментарии

  1. #1 quest bars cheap ноября 3 23:58:

    If you wish for to increase your know-how only keep visiting this site and be updated with the most recent

    news update posted here.

    Цитировать этот комментарий
  2. #2 quest bars cheap ноября 4 13:54:

    I feel that is among the so much vital information for me.

    And i'm glad reading your article. However should statement

    on some normal issues, The web site style is ideal, the articles

    is really excellent : D. Good job, cheers

    Цитировать этот комментарий
  3. #3 Quest Bars ноября 9 16:46:

    This is really attention-grabbing, You are an excessively professional

    blogger. I've joined your feed and sit up for in the hunt for extra of

    your wonderful post. Additionally, I have shared your website in my social networks

    Цитировать этот комментарий
  4. #4 What Equipment is Needed for Sling TV ноября 11 18:15:

    A motivating discussion is definitely worth comment. I do believe that you should write more about this issue,

    it might not be a taboo subject but usually folks don't

    talk about these subjects. To the next! Many thanks!!

    Цитировать этот комментарий

Добавить комментарий


Цитировать выделенный текст

Designed by Azat Galiev aka AzatXaker 2018.